RSS лента

Неактуальный вождизм

  • 07.02.2020, 11:47,
  • 465
  • 0
  • Автор: GAbishev
Автор фото: Фото с сайта 365info.kz

Вождизм Мухтара Аблязова мешает сплочению казахстанской оппозиции. Следствием этого может стать либо то, что оппозиция упустит исторический шанс на перемены, либо же Аблязов будет окончательно отторгнут и заклеймен в качестве врага казахстанской демократии. Об этом говорится в материале ИАЦ "МГУ"


История казахстанского олигарха и политика Мухтара Аблязова неоднозначна. Одаренный инженер-физик, он получил блестящее образование и подался в бизнес, где смог успешно реализовать свой интеллектуальный потенциал. Был привлечён на государственную службу, стал министром энергетики Казахстана. Однако на этажах власти, близких к вершине Олимпа, было слишком тесно, Аблязова начали выталкивать. Он взбрыкнул и получил резкий удар справа: увольнение, арест, судебный приговор, срок в колонии. Тем не менее, существует немало свидетельств того, что Аблязов в деле накопления личного состояния далеко не всегда рассматривал законы в качестве чего-то святого и нерушимого. Уголовные дела в Казахстане, Украине, России, претензии со стороны систем правосудия Великобритании, Франции и США –  говорят о многом. Можно ли сказать, что гибкая нравственность несовместима с оппозиционными убеждениями? Нет, нельзя. Диссидент может быть мошенником, мошенник может быть диссидентом.


Однако, не хотелось бы слишком много говорить о судебных вердиктах в отношении Мухтара Аблязова. Более интересна его политическая стратегия.


Уже несколько лет Аблязов выступает в прямых эфирах в сетях YouTube, Facebook и Instagram, комментируя политические события и продвигая созданное им (но признанное в Казахстане экстремистским) движение ДВК. Первые годы во время эфиров Аблязова в Казахстане возникали проблемы с доступом в сеть (что может быть совпадением), однако последний год эти проблемы сошли на нет. Тем не менее, взрывообразного роста внимания не наблюдается. Что говорит, вероятно, о том, что у Аблязова сформировалась своя более-менее постоянная небольшая аудитория. Она представляет далеко не весь протестный электорат: события прошедшего года политизировали сотни тысяч человек, лишь малая часть из которых открыто заявляет о своей поддержке ДВК. Остальные рассредоточены, отдавая предпочтение другим лидерам: Косанову, Мамаю, ОСДП, движениям «Оян, Казахстан» и «Республика», HAQ, «Байтак Болашак» и многим другим. Множество относительно популярных одиночных оппозиционеров выступают с конкретной отраслевой повесткой. У всех одна цель – перемены. Смена политического строя и построение общества новой демократии, которую, при этом, все видят по-разному. 


Наличие оппозиции в государстве и предъявление ею требований о переменах – явление нормальное. Вопрос в том, какие конечные цели ставит перед собой оппозиция. Наблюдая за действиями Мухтара Аблязова, возникает вопрос: что для него в его борьбе важнее – свержение действующего политического режима или личные амбиции? Другими словами, какой из двух предельных сценариев предпочёл бы Мухтар Аблязов: свержение нынешнего режима и установление политической модели его мечты, но без его участия. Или же повторение нынешней системы, но с ним во главе.


Если цель «политическая революция» для Аблязова важнее личных амбиций, то логично, что он должен поддерживать все мало-мальски оппозиционные проекты в Казахстане. Они идут разными путями, но конечная цель – ослабление партии власти и укрепление демократического плюрализма – одна. Не исключено, что какая-то часть оппозиционных проектов инспирирована властью, еще одна часть – условно-лояльными группировками внутри элиты. Однако никто из «подставных» проектов не будет открыто говорить о своей лояльности к действующей власти. Все они, расходясь по множеству социальных каналов, пропагандируют идеи демократических перемен, снижая вязкость действующего политического строя. Тактика множества мелких толчков со всех сторон вкупе с неизбежным обновлением государственного аппарата, в котором молодые современные постепенно сменяют людей из середины XX века, может привести к ощутимой либерализации и демократизации и без революции, в рамках интенсивной эволюции политической системы. В этом сценарии ДВК, если оно действительно столь популярно, как утверждает Аблязов, рано или поздно сможет добиться исключения себя из «чёрного списка», а затем и добиться победы на выборах в конкуренции с альтернативными политическими силами.


Однако, поведение Аблязова говорит об иной стратегии. Долгое время он конфликтует с редакцией популярного YouTube-канала «БАСЕ», четой Садыковых, проживающих в Киеве, называя их «врагами ДВК». Высказывает нескрываемый ироничный скепсис в отношении молодых бунтарей из «Оян, Казахстан». Считает ОСДП «пособниками преступного режима». На этой неделе в своём эфире Аблязов начал «стрелять по площадям»: объявил, что все оппозиционеры, которые не сидят в тюрьме, сговорились с Акордой. К числу «прогнувшихся» он отнёс находящегося на судебной пробации Жанболата Мамая, пытающегося создать Демократическую партию Казахстана. Отсидевшего несколько лет в колонии правозащитника Вадима Курамшина. Активистов земельных митингов 2016 года Талгата Аяна и Макса Бокаева. Аргумент у Аблязова простой – они могли бы сидеть в тюрьме, но не сидят, и это значит, что они легли под власть и стали её куклами. 


Версий, почему Аблязов занимает столь непримиримую к другим оппозиционерам позицию, несколько. Возможно, находясь долгие годы за рубежом, он утратил объективное восприятие казахстанской реальности, ориентируясь либо на происходящее в социальных сетях, либо на свидетельства субъективно настроенных сторонников. Он не понимает, что в условиях политического транзита и политизации масс власти находятся под большим давлением и не могут использовать инструменты репрессивного аппарата на каждом шагу. Каждый преследуемый по закону гражданский активист – ноющая рана, и государство может продолжать преследование лишь при наличии твёрдых неопровержимых доказательств нарушения закона. При удобной возможности простить – прощает, чтобы не взвинчивать напряжение в обществе. Да, это правило действует не в 100% случаев, но тренд очевиден. Поэтому инсинуировать о провластности тех, кто не сидит в тюрьме – уже долгое время неактуально.


Согласно второй версии, Аблязов страстно хочет добиться верховной власти и не желает делиться ею ни с кем другим. История знает множество примеров внезапных квантовых скачков, когда в короткий период времени происходили тектонические сдвиги, политическая система резко менялась и власть переходила из рук одних людей в руки других людей, или же распределялась по всему политическому спектру. Проблема в том, что, если в ближайший период такое вдруг произойдёт в Казахстане, власть распределиться между теми, кто находится внутри Казахстана и ведёт оппозиционную деятельность в поле, вживую представая перед казахстанцами. Амбиции есть у всех политиков, и никто из них – ни Мамай, ни Косанов, ни Рахимжанов, ни Аян с Бокаевым – никакой политической лояльности к Аблязову не испытывают, и власть ему в руки передавать не будут. А это – худший вариант развития событий для Аблязова. Его высказывания свидетельствуют о том, что единственно правильным сценарием для него была бы революция, которая вознесла бы его на вершину власти и дала непререкаемые полномочия на неопределенный период времени. Возникают некоторые параллели с революционной деятельностью Владимира Ленина столетней давности. Но ведь даже Ленин на первых этапах революции сотрудничал с другими партиями (правда, со временем все они были уничтожены).


Интересно, что многие другие нелегальные казахстанские оппозиционеры понимают необходимость сотрудничества. В прошлом году делегация партии ОСДП летала в Париж на встречу с бежавшими из страны Акежаном Кажегельдиным (бывший премьер-министр) и Бергеем Рыскалиевым (бывший аким Атырауской области). На днях Ермек Нарымбай, так же скрывающийся в Киеве, предложил всем оппозиционерам «встретиться в одном городе, провести переговоры и утрясти все разногласия». Мухтар Аблязов не присутствовал на встрече в Париже, и скорее всего не примет предложение Нарымбая – ведь его доктрина предполагает, что на вершине Олимпа может быть только один человек. Сам Мухтар Аблязов. Однако, суровая реальность такова, что аблязовский вождизм всё менее актуален – будущее за балансом, за распределением власти между многими центрами силы, ни одна из которых не имеет кардинального преимущества над остальными. Никакая иная формула в Казахстане не будет устойчивой.

Оставить комментарий
Последние новости
         
Все новости